Что может получить Украина от соглашений с Британией и ЕС

В ближайшее время нашу страну может ожидать «атлантизация» внешней экономической и торговой политики. Какие окна возможностей в связи с этим могут быть открыты?

Сырьевой поток

В этом году может произойти знаковое событие – удельный вес продовольствия и сельхозсырья в структуре нашего экспорта впервые в истории превысит 50%. С 2009 г. наша страна встала на путь деиндустриализации и наращивания сырьевых сегментов экономики. И создание модерного агросектора – один из немногих экономических успехов Украины, когда мы можем дать фору значительному числу конкурентов. Плохо то, что он не был сопряжен с аналогичным развитием индустриального ядра. В результате в 2019 г. продукция машиностроения в общей структуре экспорта у нас составила всего 7%, сократившись почти вдвое по сравнению с 2005-м. Зато сырьевой аграрный вал возрос до 48%, увеличившись почти в четыре раза.

Соглашение о создании ЗСТ с ЕС хотя и выступило существенным компенсатором утраты традиционных рынков сбыта в странах СНГ, но в целом и оно без должных инвестиций способствовало укоренению сырьевой парадигмы украинской экономики. А такая страна, как Украина, не может успешно развиваться, базируясь лишь на сырьевых экспортных потоках. Более того, так мы не сможем даже содержать базовую критическую инфраструктуру. Высокие зарплаты в любой стране – это производные от адекватно высокого уровня добавленной стоимости валового продукта.

К сожалению, формат посткарантинной мировой экономики – это своеобразное возрождение региональных экономических автаркий, с опорой на доместикацию производств и максимальной торговой закрытостью, которую лучше всего характеризует паралич ВТО. Украине трудно будет находить новые окна входа на мировые рынки, особенно в тех секторах, из которых мы выпали, ведь окучивание своего сегмента мирового торгового поля – это как стрижка английского газона: стричь нужно многие годы, а достигнутый результат утрачивается за один сезон запустения.

Стать партнером Британии

Выход Великобритании из состава ЕС открыл для нас возможность стать первыми в ряду стран, с которыми Лондон переподпишет соглашение о зоне свободной торговли. Первый блин пока вышел комом. Соглашение, подписанное президентом Украины Владимиром Зеленским и премьер-министром Великобритании Борисом Джонсоном не получило статуса всеобъемлющего, как в случае с ЕС. Не говоря уже о британском безвизе. Максимум, что нам удалось, – увеличить квоты на поставку кукурузы, пшеницы и курятины. Взамен пришлось отдать свой рынок для английского виски. И ничего о свободном движении услуг, инвестиций и инноваций.

С другой стороны, Великобритания в ближайшее время может стать участником нового геополитического и глобального экономического блока, войдя в союз со странами Североамериканского торгового соглашения: США, Канадой и Мексикой. Мы писали об этой перспективе, назвав новый союз стран Новой Атлантидой.

И здесь у нас также открывается окно возможностей, ведь другие бенефициары политики реинкарнации необританской империи по обе стороны океана будут существенно ограничены Брюсселем в своем маневре. Речь о Польше и странах Балтии.

В то же время новому трансатлантическому союзу потребуются экономические партнеры на континенте, особенно в контексте чуть ли не судебных разборок между Брюсселем и Лондоном по поводу финансового урегулирования процедуры Брекзита. Простыми словами, если конфликт между Великобританией и ЕС зайдет в глухой угол и стороны введут друг против друга стандартный набор экспортно-импортных пошлин (как между странами, не подписавшими соглашение о ЗСТ), англичане фактически утратят европейский рынок сбыта для своих товаров. На переходный период им понадобится страна-посредник, у которой соглашение о ЗСТ с ЕС уже есть. И ею может стать Украина. Поэтому в сообщениях Офиса президента Зеленского о результатах поездки в Лондон фигурировала сумма в 2,5 млрд фунтов кредитов и гарантий от британского аналога кредитно-экспортного агентства, в том числе и для английских инвесторов, которые захотят создать в Украине свои «сборочные площадки» для экспорта товаров в ЕС с локализацией производства в нашей стране на уровне не менее 20%.

Но это пока больше похоже на прожекты будущего. А что в настоящем?

406bf3a6-f3771a1a4de70485c74b08fc09d0cc7

Когда происхождение – не помеха

С 1 января 2019 г. Украина приступила к выполнению положений региональной Конвенции о пан-евро-средиземноморских преференциальных правилах происхождения (Пан-Евро-Мед). Это стандартный международный договор, который призван упорядочить такое болезненное понятие для международной торговли, как страна происхождения товара.

Дело в том, что, заключая соглашение о ЗСТ с Украиной, ЕС ввел достаточно жесткие требования к так называемому уровню локализации, простыми словами, четко определил удельный вес именно украинского сырья (полуфабрикатов, комплектующих), которое должно присутствовать в нашем конечном продукте, продаваемом на европейском рынке. Сделано это было, чтобы китайские автомобили с прикрученными в Мукачево колесами не стали бороздить европейские просторы в рамках упомянутого соглашения. То есть хотите продавать в ЕС подсолнечное масло – делайте его из своей же семечки, сухое молоко – используйте для этого местных коров и т. д. В текстильной продукции для получения нулевой экспортной пошлины на европейский рынок необходимо показать, что более 90% тканей при пошиве были украинского производства.

Мировая экономика в XXI в. развивается на основе формирования глобальных цепочек добавочной стоимости (GVC), которые в контексте биологии можно сравнить с пищевыми. На вершине каждой такой цепочки находится свой «хищник», например ЕС, США или Китай. От того, насколько удачно твоя страна встроена в эту цепочку, зависит уровень добавленной стоимости, который будет оставаться в национальной экономике. Доля продукции с высоким уровнем добавленной стоимости в наших внешних поставках сократилась до 5-7%. А динамично развивающиеся страны находятся примерно в середине цепочки GVC.

Что может дать Украине соглашение? В первую очередь оно позволяет участникам проводить так называемую диагональную кумуляцию, то есть сырье, закупленное в одной стране при производстве товара в другой, не будет восприниматься как «чужое», и на него распространяются все те преференции, которые заложены в соглашении о ЗСТ с ЕС. Например, ткани, закупленные в Египте (также участник соглашения и диагональной кумуляции) могут применяться в Украине для производства одежды и при этом конечный продукт будет восприниматься на рынке ЕС как украинский, без удержания импортных пошлин.

Для активации соглашения Пан-Евро-Мед Украине еще предстоит подписать отдельные соглашения о создании ЗСТ с каждым участником. Сейчас в рамочный договор входят такие страны, как Турция, Албания, Македония, Иордания, Черногория, Сербия, Фарерские острова, Марокко, Алжир, Тунис, Сирия, Ливан, Палестина, Босния и Герцеговина, Египет, Израиль, Молдова и европейские государства (ЕС и ЕАСТ – Европейская ассоциация свободной торговли).

Присоединение Украины к соглашению Пан-Евро-Мед без заключения отдельных соглашений о ЗСТ с другими государствами-участниками будет означать лишь то, что сырье и полуфабрикаты таких стран, как, например, Турция и Египет, украинские предприятия пока не смогут использовать для производства товаров на экспорт в ЕС на правах диагональной кумуляции, то есть эти товары не подпадают под действие соглашения о ЗСТ между Украиной и ЕС и не освобождаются от импортных пошлин.

Однако у нас уже заключены договоры о создании ЗСТ с ЕС, ЕАСТ, Черногорией, Македонией и Молдовой.

91583ce3-be84d84b5da229338e2d659bd9a74da

Пример хорошего улова

Зона свободной торговли, которую Украина инициирует со странами ЕАСТ – это то направление, где мы, пока не имея шансов пройти широко в дверь «атлантизации», можем войти бочком. Напомню, ЕАСТ – это осколок, который остался от британского проекта общего европейского экономического пространства после окончательной победы континентальной модели интеграции. Там лишь те страны, которые выбрали для себя иные формы взаимодействия с общеевропейским проектом: Исландия, Норвегия, Швейцария и Лихтенштейн.

Средний уровень обязательной локализации для украинских товаров на рынке ЕС должен составлять более 50%. Но в случае со странами ЕАСТ включается упомянутый выше принцип диагональной кумуляции. То есть, покупая рыбу в Норвегии или Исландии, мы можем обрабатывать и/или консервировать ее и экспортировать на рынок ЕС в рамках соглашения о ЗСТ в виде полуфабрикатов или переработанных продуктов.

Норвегия ежегодно продает на внешних рынках рыбной продукции на $6-7 млрд, наряду с Чили это крупнейший игрок в данном сегменте мировой экономики. Поэтому против норвежской рыбы многие страны вводят заградительные пошлины с целью защиты своих производителей. Например, если экспортировать в ЕС свежую норвежскую скумбрию, придется заплатить импортную пошлину в размере 20% и 14% – в случае, если рыба поставляется в обработанном виде или полуфабрикатах. При экспорте хека и форели данные пошлины составят соответственно 4,5% и 2,4%.

ad754ef1-7c929adf7da6f7567dd484b16df414a

В то же время при аналогичных поставках рыбы и рыбопродуктов из Украины в ЕС применяется импортная ставка в 0%. Такой показатель заложен в тарифных приложениях к соглашению о создании ЗСТ Украина-ЕС. Скорее всего, европейцы просто не воспринимали всерьез наши экспортные способности в данном направлении (ведь наша страна еще в девяностые лишилась своего промыслового флота).

В 2019 г. поставки рыбы и рыбопродуктов (включая ракообразных) из Украины составили всего $33,6 млн, хотя динамика роста впечатляла: на 35%. Хотя в структуре экспорта – это всего лишь 0,1%. Зато импорт аналогичных видов продукции в нашу страну достиг почти $645 млн (рост на 17,3%). В структуре общего импорта – это уже 1,1%.

Что касается Исландии, то заградительные меры ЕС к этой стране более лояльны, в среднем размер пошлин на экспорт рыбы с островного государства составляет 4-5%. Это в основном треска.

На данный момент Украина не использует торговое окно возможностей, которое предоставляет диагональная кумуляция.

Если проанализировать наш торговый баланс с Норвегией, то он дефицитен примерно на $134 млн по итогам января-июля 2020-го. Причем в объеме импорта в $148 млн рыба и рыбопродукты составляют $112 млн.

Похожая картина и в торговле с Исландией: сальдо для нас дефицитно на $38 млн, экспорт наших товаров в страну за указанный период составил всего $0,7 млн, а импорт – $38,8 млн, из которого 36,6 млн – рыба и рыбопродукты.

Учитывая общие показатели прошлого года, такая динамика говорит о том, что большую часть импортных морепродуктов мы потребляем внутри страны без реэкспорта на рынок ЕС.

Загадочный украинский хек

Есть ли шанс на то, что в Европе появятся украинские креветки и хек? Как показывает практика, подобные схемы возможны лишь при активном участии и помощи государства. Это и упрощенные правила ввоза и, возможно, отсрочки по уплате импортного НДС на период переработки и реэкспорта. И дешевые кредиты на создание перерабатывающих мощностей, и упрощенная процедура регистрации, и подключения к инженерным сетям и транспортной инфраструктуре перерабатывающих предприятий. И поддержка нетрадиционного для нас экспорта в виде госгарантий, дотаций на инжиниринговые и маркетинговые исследования, компенсация процентной ставки по кредитам и выделение льготных займов на закупку оборудования, тоже освобожденного от уплаты НДС.

Пример можно брать с Бразилии и Чили, где успешно действуют эффективные программы по стимулированию экспорта. Причем ставка делается именно на нестандартные направления. Скажем, Чили вышло на второе место после Норвегии по экспорту лосося. Поддержка местных экспортеров осуществляется Корпорацией развития промышленности и Госбанком Чили. Организационные методы стимулирования экспорта и вопросы информподдержки координирует госорганизация "ПроЧили". Основной акцент делается на малые и средние предприятия с объемами экспорта до $30 млн в год.

Среди инструментов стимулирования стоит выделить:

  1. Частичное возмещение процентной ставки по кредиту и его тела в случае невозврата (до 50% задолженности).
  2. Долгосрочное кредитование иностранных компаний – покупателей продукции местных экспортеров в линейке товаров длительного пользования, инвесттоваров и инжиниринговых услуг. Кредитные линии открываются для иностранных покупателей местной продукции на срок от одного до 10 лет с льготным периодом в 30 мес.
  3. Кредитование закупок импортного оборудования и технологий для производства товаров нетрадиционного экспорта на срок от 6 мес. до восьми лет с льготным периодом в 18 мес.
  4. Предоставление гарантий по кредитам, выданным микро-, малым и средним предприятиям-экспортерам на обновление основных средств. Гарантия покрывает от 50% до 80% тела кредита и выдается на срок 1-10 лет за счет средств специального госфонда.
  5. Госсубсидии, покрывающие 80% затрат МСБ на консультационные услуги и маркетинговые исследования.

Кроме того, экспортеры нетрадиционных видов продукции получают существенные налоговые льготы.

Примерно таким же путем пошла в свое время и Турция, когда использовала Украину как экспортера подсолнечного масла, успешно бутылируя и продавая его по всему миру как свой товар, зарабатывая примерно 10 центов на одной бутылке.

С помощью госпрограмм субсидирования Беларусь стала крупнейшим поставщиком морепродуктов на российский рынок, а поставки норвежского лосося в эту страну за последние годы выросли в разы. И именно в Беларуси появились современные предприятия по переработке рыбы, например комбинат в Бресте.

Простыми словами, даже самые выгодные торговые схемы не смогут превратиться в финансовый профит, если недостаточно эффективная экономическая система не сможет создать кластерные точки роста. Чтобы потенциальные возможности стали реальными, государство должно сделать стартовое усилие.

Загружаем комментарии...
Читать комментарии

Новости

Больше новостей