США и Китай готовятся к "Третьей мировой"

США и Китай готовятся к "Третьей мировой"

Читать новость на украинском языке

Со времен окончания холодной войны американские политики, журналисты, ученые, политические аналитики говорили, что большая война – пережиток прошлого. Но конфликт между Соединенными Штатами и Китаем только обостряется и нельзя исключать даже открытой войны.

В 1986 году историк Джон Луис Геддис назвал время после холодной войны "долгим миром", потому что СССР и США не прибегли к выстрелам. 24 канал нашел в иносми анализ ситуации.

Еще через некоторое время политолог Джон Мюллер заявил, что новые мировые нормы сделали конфликт двух сверхдержав ненужным, пишет в Foreign Affairs Кристофер Лейн.

В 2011 психолог Стивен Пинкер переименовал "долгий мир" в "новый мир", из-за постепенного падения уровня жестокости в международных отношениях (впрочем, мы знаем, что было дальше в мире – 24). Продолжающиеся конфликты в Ливии, Сирии, Афганистане, Судане, Украине и Йемене, а также вооруженное насилие в других странах сводят этот тезис на нет.

Впрочем, да, между глобальными игроками войн не было с 1945 и это впечатляюще. Но полностью исключать их возможность нельзя все равно. Почему? Потому что условия для их возникновения все равно существуют и напряжение может вылиться в противостояние между ними.

Особенно между США и КНР. Эти два государства на курсе столкновения, который усиливается конкуренцией за статус и престиж. Без изменения направления война между ними в ближайшие десятилетия не только возможна, но и вероятна. Но большинство американцев, которые серьезно разбираются во внешней политике и большой стратегии, не верят в это.

Оптимизм, которому здесь не место

Следовательно, недоверие к возможному конфликту Вашингтона и Пекина кроется в нескольких теориях поведения государств. Первая говорит, что если присутствует большой уровень экономической независимости, то он снижает напряжение между двумя странами. Но история приводит много примеров против этого. Например, перед Первой мировой страны Европы были в основном экономически и культурно независимы, а два главных протагониста – Германия и Британия – были очень сильно взаимосвязаны.

Даже если взаимная зависимость США и КНР все же уменьшает вероятность войны, экономические связи начали слабеть в последнее время. Каждая сторона пытается отделиться от экономики другой.

Читайте также: В Китае задержали известного миллиардера

Вторая теория – о ядерном сдерживании. Риск гарантированного взаимного уничтожения действительно останавливал главных игроков холодной войны от превращения ее в горячую. Но в последние десятилетия техническое развитие повлияло не лучшим образом на это сдерживание.

Новые технологии для нового мира

Комбинация уменьшенных в размере и мощности боеголовок и очень точных систем наведения и доставки сделала возможным ранее невозможное: "ограниченную" ядерную войну, которая не превратится в апокалипсис (правда, нет никакой гарантии, что другая сторона не использует всю мощь своего арсенала, несмотря на "ограниченный" ядерный заряд, запущенный в нее – 24).

В конце-концов, ученые указывали, что либеральный мировой порядок сохранит нам мир. Так, США – через международные организации, такие как ООН, МВФ, ВТО и распространение принципов мирного сотрудничества – добавляют предсказуемости и регулярности в международные дела (это сейчас под вопросом из-за непредсказуемых действий администрации Трампа – 24).

1452911_14685262.jpg?202011175701

45-й президент США Трамп и председатель правительства Венгрии Виктор Орбан / Фото About Hungary

Но в Европе и США растут островки нелиберальной демократии и популизма, которые несут угрозу собственно либеральному порядку. Это также удар по элитам, которые продвигали и защищали его. Поэтому баланс силы уже меняется в пользу других стран, что сделает систему менее эффективной для медиации конфликтов. Силы, которые сейчас поднимаются, будут иметь возможность в корне ее изменить, повышая вероятность войны.

Уроки истории

За пределами теорий история также демонстрирует, что предохранители конфликта между двумя великими державами слабее, чем кажутся. Как уже упомянуто, противостояние Британии и Германии привело к войне в 1914. Но ведь до этого такой конфликт казался абсолютно невозможным вплоть до момента, когда он начался. И параллели с Китаем и США очень четкие.

В начале XX века немцы имели растущую морскую, экономическую, технологическую мощь и хотели колоний. Они создавали проблемы для мирового порядка, которым тогда еще руководила Британия.

В Лондоне элиты начали видеть в этом проблему, потому что считали, что немецкий успех – результат интервенции, а не свободного рынка. Дополнительно британцы питали глубокую антипатию к немцам из-за их политической культуры, которая выносила наверх армию и ее ценности. Это был полный антоним либерализма. Когда Первая мировая стартовала, британцы быстро окрестили ее идеологическим крестовым походом против прусской автократии и милитаризма.

Великобритания просто не могла простить – как великая морская держава и империя со многими колониями – рост новой, похожей на нее силы на волнах Северного моря. Но на самом деле Берлин строил свои корабли, охотясь лишь за статусом, чтобы заставить британцев считаться с ним, как с равным.

Из-за этого две страны и пошли на конфликт, как описала историк Маргарет Макмиллан: "Война стала результатом столкновения глобальной силы, которая чувствовала, что ее преимущество заканчивается, и нового претендента. Такие переходы редко проходят мирно. Как Британия тогда, так и США сейчас, противится признанию своей "смертности". Тогда как сила растет, хочет и себе быстро взять надлежащий кусок чего-либо, что есть на выбор: колонии, торговлю, ресурсы или влияние".

США, пишет Foreign Affairs, сейчас находятся в позиции Лондона, наблюдая за ростом Китая. Обвиняя его в нечестной торговле и экономической политике, противоречащей свободному миру и свободному рынку. Как немцы тогда, китайцы сейчас хотят быть признанными равными на мировой сцене и гегемоном в своем регионе.

От того, сможет ли Вашингтон мирно сдержать рост Китая, зависит, заменит ли война противостояние. Особенно если смотреть на это как делают американцы – демократия против коммунизма. Например, режимом Маркса-Ленина КНР назвал в своем выступлении госсекретарь США Майк Помпео. Это заставляет вспомнить, как СССР называли "осью зла", делегитимизируя Китай в глазах американцев.

Идейная битва

Для лидеров КНР история их страны показывает, что бывает с великими державами, которые неспособны совершить прыжок выше, к выдающимся. Поражения от французов и британцев в двух Опиумных войнах в середине XIX века вытекали из невозможности адаптироваться к изменениям, которые принесла индустриальнаяреволюция. То время, когда Япония и Запад доминировали над Китаем, известно теперь как "век унижения".

Чего хочет Китай

Нынешний рост Китая обусловлен жаждой мести за это унижение и желанием восстановить статус ведущей силы Восточной Азии. "Реформы и открытия" Дэна Сяопина были первым шагом в этом направлении. Чтобы ускорить развитие, КНР интегрировалась в американский мир. Долговременной целью было не только обогатиться, но получить военные и технологические возможности. Не помочь сохранять систему, но бороться с ней изнутри.

Эта стратегия сработала: КНР приближается к США по всем показателям. В 2014 году МВФ признал, что именно Китай – крупнейшая экономика мира. В рамках ВВП, китайское уже 70% американского. И поскольку Пекин активно и быстро восстанавливается от пандемии, преимущество над Америкой снова станет ощутимым.

В военном разрезе ситуация похожая. В 2015 году, исследование RAND отметило, что военный разрыв между США и КНР в районе Восточной Азии очень быстро сокращается. Флот США и его базы сейчас под угрозой со стороны китайских сил с новыми возможностями. Многие в Вашингтоне считают, что настоящая угроза от Китая – его попытки бросить вызов американскому политическому и экономическому развитию.

Как Foreign Affairs писали в 2019 году: "Китай может представлять собой большую идеологическую проблему, чем СССР. Их рост как суперсилы толкнет КНР к автократии".

Впрочем, автор статьи подчеркивает, что "идеологию лучше убрать из уравнения", чтобы не усугублять возможность войны. Зато конкурировать с Пекином надо на традиционном уровне сверхдержав; где всем заправляет дипломатия через компромиссы и поиск общих интересов.

Идеологические битвы, с другой стороны, ни к чему хорошему не ведут: если твой противник – зло, переговоры и компромисс становятся уступками.

Опасность впереди

Отношения Китая и США сейчас находятся в свободном падении, экономическое сотрудничество провалилось из-за торговой войны со стороны администрации Трампа. А также из-за технологической политики против таких фирм, как Huawei, чтобы выбросить их с рынка. В таких условиях очень легко увидеть, как события могут спровоцировать противостояние в ближайшее время.

Например, очередное обострение на Корейском полуострове может привлечь внимание обоих государств, как это уже происходит в Тайваньском проливе и Южном Китайском море. Вашингтон также приближается к официальному признанию независимости Тайваня и усилению обещания защищать эту не всеми признанную демократию с помощью оружия.

Соединенные Штаты остро отреагировали на репрессии со стороны КНР против мусульман-уйгуров и активацию закона безопасности в отношении Гонконга. За это были введены санкции. Но, несмотря на них, Поднебесная вряд ли откажется от своей цели стать региональным гегемоном и от требования признать ее равной по силе Соединенным Штатам Америки.Удовлетворение этих требований будет означать отказ от защиты Тайваня и облегчение для Китая планов захвата острова.

Невмешательство в китайские дела, если бы того не хотели в Пекине, будет означать конец американского первенства. Поэтому на это США вряд ли пойдут, что повышает вероятность "горячего конфликта". В отличие от холодной войны, когда понимание сфер влияния в Европе сдержало две сверхдержавы от боевых действий.Если же Китай все же нападет на Тайвань, США будут вынуждены готовить американцев к войне, показывая КНР как агрессивную экспансионистскую коммунистическую диктатуру, которая хочет завоевать территорию, которая любит свободу.

Будет сказано, что война нужна для поддержки американских ценностей. Конечно, если пойдет плохо (Ирак, Вьетнам) придет разочарование, но уже будет слишком поздно.Голоса тех, кто призывает к войне, сейчас звучат громко, тогда как оппозиции – тихо. Проблема в том, что многие перешли из второго лагеря в первый, когда дело касалось Китая. Они говорят, что США должны активно противостоять желанию КНР стать гегемоном, хотя бы в регионе. Впрочем, этот процесс не заслуживает войны. Но если она вспыхнет, то предыдущие станут лишь бледными тенями этой.

Анатолий Максимов

Новости

analytics