Что должны знать родители о воспитании детей

Чтобы научить ребенка справляться с эмоциями, нужно самим уметь это делать.

Внешнее становится внутренним. Снова и снова я напоминаю студентам и клиентам: прежде, чем усомниться в своей нормальности, прежде, чем сказать себе: «Я плохой, я неудачник», — пожалуйста, задайте себе вопрос: «У меня был такой опыт, я этому вообще где-то учился?».

Как осваивает новый опыт ребенок:

1. Он вначале «это» видит. Различает.

2. Если он здоров и у него есть «способность воспроизводить», он будет пытаться этот опыт повторять. Зеркалить. И он будет выполнять это действие вместе с нами.

3. Он научается «понимать», из чего состоит опыт, это действие или навык, для чего он.

4. Он «регулирует» свое поведение, если ему безопасно — делает сам.

Если упростить: я учусь за счет того, что вижу — делаю вместе с кем-то — делаю сам. Это касается любого научения у взрослых и детей.

И когда родители меня спрашивают, почему им не удается справиться с истерикой ребенка (понять ребенка, играть с ребенком…), я задаю вопрос: а был ли у вас опыт, когда вам самим кто-то помогал совладать со сложными чувствами? Давал ощущение «я с тобой, что бы ни происходило»? Объяснял, что с вами происходит?

Было ли у вас в детстве ощущение, что взрослые могут выдержать любое ваше напряжение? Был ли кто-то внимателен к вашим эмоциям?

Видели ли вы, как ваши родители справляются со своими чувствами — что они делали, когда злились, когда боялись, когда тревожились?

Вы можете идентифицировать свои эмоции?

Вы нарабатывали алгоритм своих реакций?

Вы готовы учиться этому?

Что сделаете в первую очередь?

Внешнее становится внутренним. То, что мы называем саморегуляцией, вырастает из «регуляции», из опыта, который мы получаем «об кого-то».

Конечно, если мы сами простраиваем для себя колею, это непросто. Но тем, кто за нами будет двигаться по ней, будет намного легче.

Это нормально — не уметь, если не было опыта. Это нормально — даже не предполагать, что «так можно», если этого не было вообще в картинке реальности. И мы нормальны. Но мы же можем, независимо от того, что было в прошлом, сейчас расширить свои «контуры нормы». Внести это в свою зону ближайшего развития. И учиться. И дети будут учиться вместе с нами.

А прежде, чем сказать своему ребенку «возьми себя в руки», давайте все же убедимся — а мог ли он успокоиться у меня «в руках»? А видел ли он, как успокаиваюсь я? И настолько ли он зрел, чтобы у него было то, «чем» можно «воспроизвести» это — взять себя в руки?

Светлана Ройз, детский семейный психолог

Читайте также: Общение с ребенком после развода: пять правил

Загружаем комментарии...
Читати коментарі

Новини

Більше новин