США и Европе резко подорожали долги — новые пакеты Украине становятся политически дороже

Поддерживать Украину Западу становится дороже не только из-за стоимости оружия. Резко выросла цена денег для самих США и крупнейших стран Европы: доходности долгосрочных государственных облигаций поднялись к максимумам за десятилетия. Чем больше государства тратят на обслуживание собственного долга, тем жестче становится борьба за каждый новый миллиард внешней помощи.

Доходность 30-летних облигаций США 18 августа поднималась до 5,33% — максимума с 2007 года. У Германии аналогичный показатель достиг 3,78%, максимума со времен долгового кризиса еврозоны в 2011 году, у Франции — 4,9%, максимума с 2008 года. Среди причин Financial Times называет высокую инфляцию, огромные бюджетные дефициты и дорогую нефть.

Украина уже зависит от денег, которые Европа сама занимает

Для Киева эта история имеет прямое значение. Огромные объемы европейской помощи финансируются не из свободных денег, лежащих на счетах ЕС, а через заимствования.

Например, утвержденный Евросоюзом пакет поддержки Украины на 2026–2027 годы составляет €90 млрд и финансируется за счет выпуска общеевропейского долга на рынках капитала под гарантии бюджета ЕС. Около €60 млрд предназначены для военной поддержки, еще €30 млрд — для бюджета и экономики Украины. На 2026 год доступно до €45 млрд.

Уже утвержденные €90 млрд нынешняя распродажа облигаций сама по себе не отменяет. Проблема начинается дальше. Если дорогие заимствования становятся новой нормой, следующие крупные программы приходится принимать в условиях, когда обслуживание собственного долга уже съедает все большую часть бюджетов европейских стран.

Одновременно им приходится финансировать собственное перевооружение, компенсировать последствия энергетического кризиса и бороться с инфляцией. На этом фоне новый пакет на десятки миллиардов евро Украине превращается не только в вопрос внешней политики, но и во все более тяжелый внутриполитический выбор.

В США этот выбор уже еще жестче

Американский долг приблизился к $40 трлн, а на недавнем размещении 30-летних облигаций Вашингтону пришлось предложить инвесторам доходность 5,22% — самую высокую для такого аукциона с 2001 года. Чем дольше ставки остаются высокими, тем больше федеральный бюджет должен направлять кредиторам вместо других расходов.

Это создает дополнительный аргумент для американских политиков, которые и без того требуют переносить основную стоимость поддержки Украины на Европу. Еще при подготовке оборонного бюджета США на 2026 год Пентагон сокращал программу Ukraine Security Assistance Initiative, объясняя пересмотр части зарубежной помощи необходимостью перераспределения расходов и большей нагрузки на союзников.

Экономическая цена войны повышает давление на Киев

Прямых свидетельств того, что нынешний скачок доходностей уже заставляет США или Европу менять условия возможного мира с Россией, нет. Но финансовая логика работает в эту сторону: чем дороже продолжительная война становится для западных бюджетов и избирателей, тем сильнее позиции политиков, предлагающих сократить расходы и добиться прекращения боевых действий быстрее — даже если условия такого соглашения не полностью устраивают Киев.

Причем влияние экономических интересов на военные решения Украины уже проявляется. Financial Times сообщала, что вице-президент США Джей Ди Вэнс просил Киев прекратить удары по танкерам, использующим российский черноморский порт, связанный с Каспийским трубопроводным консорциумом. Вашингтон опасался дополнительных проблем на мировом нефтяном рынке на фоне кризиса вокруг Ормуза.

Это показательный эпизод: когда действия Украины начинают повышать экономические издержки для самих западных стран, геополитическая поддержка сталкивается с вполне конкретной ценой бензина, инфляцией и процентными ставками.

Дорогая нефть одновременно помогает российскому бюджету

Для Украины ситуация особенно неприятна из-за того, что один из факторов нынешнего долгового кризиса — высокая цена нефти — действует в пользу Москвы.

По расчетам Reuters, нефтегазовые доходы российского бюджета в июле могли вырасти примерно на 60% по сравнению с тем же месяцем прошлого года, в том числе благодаря повышению мировых цен на нефть. Нефть и газ обеспечивают около пятой части доходов российского бюджета и остаются одним из основных источников финансирования войны. При этом по итогам первых семи месяцев года нефтегазовые поступления все еще оставались ниже прошлогодних, поэтому говорить о полном восстановлении российских финансов пока нельзя.

Возникает неблагоприятная для Украины комбинация. Нефтяной кризис увеличивает инфляцию и стоимость государственных заимствований в США и Европе, делая новые программы помощи политически и финансово тяжелее. Одновременно более высокая цена нефти способна увеличивать поступления в российский бюджет.

Если высокие ставки и дорогая энергия сохранятся надолго, главный риск для Киева будет заключаться не в том, что уже согласованная помощь исчезнет завтра. Гораздо важнее следующий раунд решений: насколько охотно США и Европа будут брать на себя новые десятки миллиардов расходов и не попытаются ли вместо этого сильнее давить на стороны ради более быстрого завершения войны.

По материалам: Financial Times, Совет ЕС, Европейская комиссия, Reuters