Медсистема в дырках: истории пациентов с COVID-19

На очередном брифинге Минздрава в который раз озвучивают показатели в несколько тысяч новых выявленных случаев. В который раз напоминают, что надо соблюдать социальную дистанцию и носить маски. И миллионы украинцев снова надевают их на подбородок.

Журналисты Depo.ua поговорили с медицинским экспертом о закулисье коронавирусных, а также собрали реальные истории обычных пациентов из разных уголков Украины — что-то мы нашли на просторах социальных сетей, некоторые истории прислали в редакцию.

За каждым "зарегистрированным" больным скрывается как минимум несколько зараженных людей, а значит потенциальных переносчиков. За якобы работающей схемой — открытые возможности для коррупции. За имитацией полезных действий и равнодушием — угасающие или уже потерянные жизни украинцев.

Украинская система здравоохранения не может справиться с эпидемией — по крайней мере, многие действия власти по урегулированию ситуации выглядят хаотично, а иногда противоречат успешной мировой практике. Проблемы везде: от неспособности сдержать эпидемию из-за все еще небольшого количества тестирований до неприемлемых условий для инфекционных больных в стандартных украинских больницах и отдельных, уникальных случаев на местах. И тем не менее, несмотря на недостойные условия и оплату труда, украинские врачи продолжают делать свое дело.

Об ошибочных для Украины решениях власти, пробелах в системе, активном заражении медиков, масочном режиме и других аспектах мы поговорили с доктором, экс-политиком и бывшим заместителем министра здравоохранения Валерием Ивасюком.

Пробелы системы и "факапы" власти

Наш собеседник акцентирует внимание на том, что в Украине эпидемия носит латентный характер, и все выявленные случаи, по заявлению ВОЗ четырехмесячной давности, можно умножать на десять. Оснований для такого заявления несколько.

"Сначала это неконтролируемый поток людей из зон с высоким заражением. Нынешняя власть, зная важность и функции обсервации, запустила в Украину из стран Европы, где эпидемия была на пике, без этого этапа, 1 млн 200 тыс. человек.

Дальше — аналогичный алгоритм тестирования людей из групп риска — а это медики, учителя, полицейские, пограничники, люди, которые были в контакте с инфицированными, и т. д., введенный приказом Минздрава №1227 от 20 мая 2020 года.

Он предполагает, что человек сначала тестируется методом ИФА, который не определяет человека, опасного для окружающих. В случае получения положительного ИФА его тестируют за его же деньги методом ПЦР", — отмечает Валерий.

ПЦР-тестирование покажет наличие или отсутствие в вашем организме РНК коронавируса. Это исследование актуально на первых этапах заражения и болезни и может выявить инфицированных даже до появления первых симптомов.

Зато ИФА-тесты определяют уровень антител к коронавирусу (иммунитет) и выдают положительный результат после или на этапе выздоровления.

Он добавляет, что золотой стандарт диктует делать все наоборот — сначала ПЦР, затем ИФА.

"Так везде, кроме Украины. Даже в России это делается. Все сначала тестируются на ПЦР. Относительно ИФА — эти тест-системы используются для наблюдения развития эпидемии. Они предназначены для изучения тенденции, но не для того, чтобы ее сдерживать и профилактировать. Цель ПЦР-тестирования — выявить и изолировать. Необходимое количество ПЦР-тестов для Украины — 70 — 100 тыс. ежедневно. Задача одна — выявить и изолировать. Другого пути сдержать эпидемию нет. К этому может быть привлечен также жесткий масочный режим. Но эти необходимости упорно игнорируются", — отмечает наш собеседник. Он добавляет, что ИФА-тестирование добавляет цифры в общую статистику, впрочем камуфлирует масштабы эпидемии в реальном времени.

Кроме того, в системе еще множество проблем. Огромное количество из которых — заражение медиков.

Почему у нас они заражаются больше всего в мире? Во-первых, действительно, поздно медиков оснастили необходимым для индивидуальной защиты.

К тому же почти никто не спрашивает, какая палитра медицинских работников заражается COVID. Только 7% — инфекционисты, а остальные — медики общего профиля. Терапевты, хирурги, стоматологи, акушеры, гинекологи и др. Потому что вероятность попадания пациентов с интеркуррентными болезнями (такими, которые развиваются на фоне другого заболевания, — ред.) в больнице чрезвычайно высока.

Читайте также: На что МОЗ потратит деньги от Всемирного банка

У врачей, как правило, нет специальных боксированных комнат для смены костюмов, в которых они обслуживают пациентов. Медики заражаются от своей же защитной одежды. И это абсолютно никого не беспокоит.

Кроме того, г-н Валерий объясняет, что, по всем протоколам, отделение для пациентов с COVID должно быть специальным.

"Это боксированные палаты с тамбуром, где проточно-вытяжная вентиляция исключает выход воздуха из этой палаты наружу. Таких отделений в Украине мало — это Александровская больница и Феофания. Все. Открытие же отделений в больницах, где вытяжная вентиляция проходит через все этажи сверху вниз, опасно. То есть открываете отделения, допустим, на втором и четвертом этажах — и первый и третий будут заражены. Или выключать вентиляцию вообще, в том числе из операционных блоков и акушерско-гинекологического отделения. Я уже не говорю об отсутствии боксированных палат. Кроме того, у большинства нет разведения кислородной системы.

Но самое главное, что в такие больницы нужно завезти новых врачей-инфекционистов.

То есть имеем абсолютно неприспособленные условия для противодействия инфекции, которая передается даже не воздушно-капельным, а воздушным путем", — говорит Валерий.

То есть чтобы заразить других, не обязательно чихать или кашлять — достаточно просто дышать.

Вышеприведенные проблемы актуальны для всей Украины: из-за них существующая система неэффективна и перегружена.

Однако реальные последствия компиляции действий власти, недофинансирования медицины и человеческого фактора наиболее ярко проявляют себя не в сухой статистике, а в реальных живых историях людей.

Где явную нехватку от государства пытаются компенсировать благодаря благотворительным фондам — и спасают жизни украинцев тогда, когда им буквально не хватает кислорода. Где-то на всю больницу — лишь один приемлемый ИВЛ-аппарат и отсутствие медицинского персонала. Где-то неразбериха на высших ступенях в результате становится причиной спорных ситуациях в больницах.

Инсайды из больниц

Между тем вот что о реалиях своей работы могут рассказать врачи. Следующий пост опубликован на странице врача одной из киевских больниц Яны Дубневич в Facebook.

"В Украине сейчас началась втораяя волна Covid-19 (реальная первая). Количество заболеваний увеличилось; к сожалению, пациентов с пневмониями с тяжелым течением тоже. Что имеем на сегодняшний день: больницы первой линии уже перегружены и заполнены пациентами. Открылись больницы второй линии, если говорить конкретно о столице. В частности, даже нашу больницу тоже планировали перепрофилировать в больницу, которая будет принимать только пациентов с Covid-19", — говорится в сообщении.

В посте также идет речь о реалиях нашей медицины — вот вам настоящие последствия организационных проблем "наверху".

"По Киеву в больницах, принимающих ковид-пациентов, критически не хватает медицинского персонала! В частности, в моем отделении интенсивной терапии (реанимации) на девять коек ситуация такова, что почти весь месяц в день работает только одна медицинская сестра!! Внимание! Без санитарки! Часть этих медицинских сестер переброшена из других медицинских отделений и не имеет опыта работы в реанимации (даже в/в периферический катетер не могут поставить), что оставляет врача один на один с тяжелыми больными, которые как раз и нуждаются в интенсивном уходе. Понимаю, что здесь меня в полной мере поймут (получается такая тавтология)) только коллеги. Например, для того, чтобы перевернуть пациента с избыточным весом и на аппарате искусственной вентиляции в прон-позицию (на живот), надо хотя бы 3-4 человека. (...) Итак, врачи делают и медсестринскую, и санитарную работу (выносить судна, сливать мочу, мыть, убирать и т. д.). Причин для такой ситуации несколько: половина медицинских сестер — студенты, у которых начинается учебный год и они переходят на 0,5 ставки; истощение медперсонала (пять медсестер уволились за последний месяц, потому что просто уже не выдерживали тяжело работать за "ничего"); заболеваемость медперсонала и т. д." — пишет медик.

И конечно же, за ненормированные условия труда надбавки предусматриваются сомнительные.

Читайте также: Места в больницах есть только в отчетах МОЗ

"Второй момент — зарплаты. То, что врачи получают мизерные зарплаты и денежную помощь из городского бюджета, все знают (так называемые клычковские 4 тыс. грн, которые при налогообложении превращаются в 3180). Насчет доплаты врачам, которые работают с ковид-пациентами, — доплату (и то с большими перебоями) получали только медицинские работники больниц первой линии. Ни за одного пациента с подтвержденным диагнозом Covid-19, которые так или иначе попадали в наше отделение и проходили интенсивное лечение, никто доплаты не получил! за весь период карантина. Были периоды, когда врачи и средний медицинский персонал так же практически жили в отделении неделями. Выплыл очень интересный момент: оказывается, обещанное повышение зарплаты "на 300%" от оклада в больницах, принимающих Covid-19, на самом деле является поднятием зарплаты "ДО 300 %"!!! То есть любая сумма меньше этих трех окладов)) Конечно же, все врачи также знают, что случаи, когда медицинские работники заражаются на рабочем месте и болеют, не оплачиваются никак.

Третье — обеспечение и оборудование. Если говорить о СИЗ (средства индивидуальной защиты), то можно сказать, что сейчас ситуация более-менее спокойная. (...) По аппаратах ИВЛ (искусственной вентиляции легких) — коллеги хорошо знают, что реально, чтобы лечить пациентов, у которых развивается тяжелое повреждение легких на фоне вирусной пневмонии, необходимы аппараты высокого класса. Так, в моем отделении в общем аппаратов на балансе (с теми, что в операционных) — 12. Но из них реально помочь могут только пять, из которых только у трех есть режим неинвазивной вентиляции и только у одного есть и этот режим, и встроенный увлажнитель воздуха, что является обязательным для проведения ИВЛ пациентам с тяжелыми пневмониями. Этот аппарат от швейцарской фирмы Hamilton мы получили лишь около двух недель назад от спонсоров. Также еще один аппарат, Carina, был получен в течение карантина; до этого ситуация была еще хуже. Из девяти функциональных кроватей в реанимации реально функциональными, то есть такими, которые регулируются, являются лишь 2-2,5 (на фото ниже видно, как мне "удобно" и радостно ставить центральный венозный катетер в жарком костюме в три погибели). Стоит сказать, что в больнице нет газового анализатора крови, без которого не могут обходиться полноценный мониторинг и лечение пациентов с пневмониями, почечной недостаточностью и многими другими тяжелыми заболеваниями, которые лечатся в отделении интенсивной терапии. Частично выходим из положения тем, что набираем кровь в специальные шприцы и отправляем родственников в Институт сердца для выполнения этого анализа. Опять же здесь скорее ситуацию поймут только коллеги", — говорится в сообщении.

Между тем волонтер и основательница благотворительного фонда "Корпорация монстров" из Одессы Екатерина Ножевникова 4 сентября опубликовала на своей странице несколько историй пациентов, столкнувшихся с недокомплектованностью больницы водников в Одессе, где цистерн с кислородом не хватает. Аппаратов-концентраторов тоже.

"Ей 32 года. Двое детей, четыре месяца и два года. Воспитывает сама. За шесть дней полисегментарная пневмония, резкий упадок сил, госпитализация. При поступлении сатурация 88. Кислород не дали, концентраторов не было.

"Я задыхалась. Думала, я умру. Но потом раздышалась. Но я просто не знала, какие показатели нужны. Может, и требовала бы. Хотя нет, у меня не было сил там в принципе о чем-то просить. Мне казалось, я умираю"

Родственника одного очень важного человека в городе привезли в больницу. Звонят врачу: "Дайте ему кислород! Немедленно!"

Врач предложил "большому человеку" приехать в отделение, одеть защитный костюм, зайти и самому определить, у кого отобрать маску и кто менее достойный получать воздух.

В комментариях также продолжение с трагическим финалом.

комментарии covid-19 о течении заболевания

Истории, присланные нашим журналистам, менее печальные, но хорошо иллюстрируют сбои системы при работе с нетяжелыми пациентами COVID-19.

Истории пациентов, переболевших Covid-19

Школьник и "простуда"

COVID-19 в легкой или средней форме тяжести иногда очень трудно отличить от обычной простуды. И при отсутствии массового тестирования такие случаи остаются невыявленными, ведь по "легким" симптомам врачи иногда направление на тест не дают. В результате зараженный человек остается в социуме и не изолирован.

Так произошло, например, в случае Натальи, которая обратилась в Центр первичной помощи N 1 Подольского р-на из-за болезни сына.

"У сына летом поднималась температура дважды до 37.3 и держалась где-то день. Небольшая слабость, ничего критичного. Я обращалась к нашему педиатру. Ответ: наблюдайте. Перед школой повела на медосмотр. Опять пожаловалась, что была температура неделю назад. Врач отмахнулся. Подписал медосмотр в школу. 1 сентября я привела троих детей в школу, и оказалось, что друг сына — контактное лицо, у его отца выявили COVID-19 и вся семья на карантине. После школы у сына был немного кашель, слабый. Ну, я сопоставила три фактора - друг, температура, кашель - и отвела его на тест в частный медцентр. Врач не давал направление по этим симптомам. Это я настояла, и в итоге оказалась права", — пишет нам Наталья.

А уже в самом центре выяснились интересные подробности взаимодействия с врачом "на месте" — когда медицинский работник прямо говорит, что не доверяет результатам медицинских лабораторий, аккредитованных Минздравом.

"Врач просто прислал нам направление, мы пошли и сделали КТ, заплатили, сколько сказали. До этого был тест в лаборатории "Омега" за 1400 грн. Когда я спросила, почему там, ведь есть "ДНК — лаборатория", "Николаб", где тесты стоят до 800 грн, он ответил, что по их результатам он диагноз не ставит, не доверяет лабораториям, аккредитованным Минздравом. Эта лаборатория "Омега" находится прямо в этой поликлинике. Когда мы туда пошли, я еще раз убедилась, что это заблуждение чистой воды! Да и обидно, что трое детей сходили на один день в коллективы. В итоге класс сына отправили учиться дома", — говорит наша собеседница.

Врач в отпуске за свой счет

Кардиохирург из Львова Иван написал нам, как переболел COVID-19 и столкнулся с проблемами на работе.

"Я переболел в мае, и наше родное государство даже не может оплатить период моей нетрудоспособности. О каких-то возмещениях и речи нет! Относительно лечения, то оно было амбулаторным, исключительно парацетамол и аспирин.

Выплаты должны быть исключительно по листку нетрудоспособности, независимо от того, где заразился (такое у нас законодательство, и никуда они не денутся). Не выплатили пока ничего, объясняют все тем, что расследование еще не завершено. Это относительно листка нетрудоспособности. Еще на некоторое время нас заставляли брать отпуск за свой счет, который, конечно, тоже не оплачивался (это еще в мае). Аргументировали какими-то приказами, и никто тогда не проверял, так как не до того было.

Что касается компенсаций, то говорили, что их не будет, потому что в то время мы не были в перечне заведений, принимающих больных с COVID", — пишет Иван.

Читайте также: В конце сентября школы закроются – инфекционист

Более шести часов в больничном коридоре

Пациентку Юлию в начале сентября перегоспитализировали с пневмонией и подтвержденным диагнозом COVID-19. Впрочем, путь в другую больницу не был простым — для госпитализации ей с температурой пришлось шесть часов ожидать карету "скорой" в коридоре.

Вот что написала госпожа Юлия нашим редакторам:

"2 сентября 2020 года мой семейный врач по телефону сообщил о положительном тесте на COVID. Я сообщила об этом дежурному врачу 1-й городской клинической больницы. Это было в 16-00. После меня с вещами разместили на лавочке у поста медсестры, где до полуночи я ожидала карету "скорой", чтобы меня с ковидом и пневмонией перевезли в 8-ю клиническую больницу. Горячая линия Минздрава работает в будни с 9 до 18. Что делать мне было в 23-00, после шести часов ожидания? Это ненормально столько ждать. И это моя основная претензия к Минздраву: нормальная организация и координация работы больниц. Врачи лезут из кожи сейчас, дальше будет еще хуже.

Что касается отношения врачей, то, учитывая их загруженность и эмоциональную напряженность, все устраивает. Отдельно хочу поблагодарить врачей "скорой" (1349, кажется) — выслушали, измерили пульс, сатурацию, включили кислород, потому что чувствовала я себя после такого ожидания на скамейке ужасно. Затем уже в восьмой больнице я еще долго приходила в себя. Бригада "скорой" стабилизировала мое состояние, за что я им очень благодарна".

--- Реклама ---

"Вот с государством и сдавайте дальше"

Фотограф Валерия из Киева также рассказала нам свои "коронавирусные приключения" уже с известной частной клиникой.

"Ситуация была такая: два дня очень сильно ломило мышцы, потом резко подскочила температура до 39.5 с сильным ознобом. Конечно, я пошла к врачу, но обратилась в частную клинику "Борис", потому что у меня не подписана декларация с семейным врачом. К тому же, это была суббота. Ждать до понедельника желания не было — тем более что у меня семилетний ребенок и онкобольная мать в группе риска. На следующий день я уже была у врача. Она решила, что ситуация серьезная и нужно делать КТ и взять ПЦР. Так, как на КТ все было чисто, я не захотела сдавать ПЦР платно — в "Борисе" делают через "Дилу" за 1800 гривен. Я решила, что пока не буду лично общаться с мамой и буду смотреть, как все будет дальше. Температура на тот момент спала, и я решила сдать бесплатную ПЦР на базе государства. Забор образцов провели в "Борисе", как по мне, качественно, но дальше состоялся "затык". Мы с семьей изолировались дома и ждали результат. И только в пятницу, более чем через неделю, я получила сообщение о том, что результат не определен — забор проведен некорректно. Конечно, это шок, я надеялась понять, что со мной и не заразна ли я.

Я позвонила в клинику, они предложить мне прийти пересдать на следующий день. Здесь у меня глаза вообще округлились — человеку, который потенциально заразен, просто предлагают прогуляться в клинику, по пути, вероятно, всех заразив.

Но это я поняла позже — я была больна, все в тумане, и я все-таки пошла и пересдала.

Там же ко мне вышел медицинский директор клиники, если я не ошибаюсь, чтобы узнать об этой ситуации. Я спросила, можно ли как-то ускорить процесс, потому что ошибка, вероятно, произошла по вине клиники.

Он сразу спросил, как быстро мне нужно, и, очевидно, решил, что мы сдавали платно. Но только услышал, что мы сдавали через государство, сразу же сказал что-то вроде: "Ну, ничего не знаю, вот с государством и сдаем дальше". На тот момент я уже выздоравливала, и тест по факту был формальностью.

Но если бы это было вопросом жизни? Следующую ПЦР ждали еще дольше — восемь дней. А когда все было хорошо и я отправила ребенка в школу, в четверг мне приходит смс, чтобы я установила приложение "Действуй дома — самоизоляция важна". Я так и не поняла, это в той самоизоляции, которая должна была со мной произойти еще три недели назад, или уже в следующей. Вот вам и работа системы".

Мария Гурская

Загружаем комментарии...

Новости

Больше новостей