NYT раскрыла масштаб российской кампании влияния в Молдове
Россия на протяжении нескольких лет выстраивает в Молдове многоуровневую систему политического влияния, которая сочетает подкуп избирателей, нелегальное финансирование, использование православной церкви, дезинформацию, кибератаки и подготовку людей к уличным беспорядкам. К такому выводу пришла The New York Times в расследовании, опубликованном 14 августа. Издание называет Молдову своеобразным полигоном, где Москва испытывает методы гибридного воздействия на проевропейское государство.
По данным NYT, ключевой задачей кампании было не допустить окончательного закрепления Молдовы на европейском политическом курсе. Страна получила статус кандидата на вступление в ЕС в 2022 году, официально начала переговоры о членстве в 2024-м, а в июне 2026 года Евросоюз открыл с Кишиневом первый переговорный кластер — по фундаментальным вопросам, включая верховенство права, демократические институты и реформу государственного управления.
Центральное место в описанной схеме занимает сеть беглого молдавского политика Илана Шора. Служба информации и безопасности Молдовы ранее заявляла, что в Москве был создан оперативный координационный центр для воздействия на президентские выборы и конституционный референдум 2024 года. По версии молдавской спецслужбы, Шор получил финансовые, медийные, кадровые, логистические и технические ресурсы для организации этой деятельности.
Одним из наиболее масштабных инструментов стал прямой подкуп избирателей. Как пишет NYT, только в сентябре 2024 года через российский Промсвязьбанк было переведено около $15 млн для воздействия на участников президентских выборов и референдума о европейской интеграции. Эти данные совпадают с информацией молдавских правоохранителей: полиция сообщала, что выявила более 130 тыс. граждан, связанных со схемой, а деньги поступали через российский банк, находящийся под международными санкциями.
Позднее масштабы выявленных переводов оказались еще больше. В октябре 2024 года глава Генерального инспектората полиции Виорел Чернэуцяну заявил, что за сентябрь и октябрь через сеть переводов Промсвязьбанка для электоральной коррупции было направлено около $39 млн. По данным полиции, сеть включала 130 территориальных руководителей, более 1,9 тыс. ответственных за отдельные участки, свыше 50 тыс. активистов и десятки тысяч рядовых участников.
Еще одним каналом влияния NYT называет православную церковь. По данным расследования, несколько сотен молдавских священников ездили в Россию, где для них организовывали поездки, вручали подарки и банковские карты. После возвращения часть духовенства, как утверждает издание, распространяла антиевропейские сообщения и тезисы, совпадающие с кремлевскими нарративами. Информация о поездках сотен представителей духовенства и получении ими карт российского банка появлялась и в других расследованиях.
Связь между российскими структурами и использованием религиозной сети получила и официальное подтверждение со стороны ЕС. В июне 2026 года Совет Евросоюза ввел санкции против шести человек за действия по дестабилизации Молдовы. Среди них оказался гражданин России Антон Усов. По данным ЕС, он проникал в церковные структуры, координировал кампанию влияния через священников, давал указания относительно воздействия на прихожан и помогал проводить платежи через российские каналы.
Кампания не ограничивалась деньгами и пропагандой. NYT также обращает внимание на подготовку граждан Молдовы к силовым провокациям. Речь идет о тренировочных лагерях в России, Сербии и Боснии и Герцеговине, где участников, по данным расследования, учили противостоять полиции, прорывать кордоны и устраивать беспорядки. Издание со ссылкой на разведывательные данные связывает инструкторов таких групп с российской военной разведкой.
Сам факт существования таких тренировок подтверждали молдавские правоохранительные органы. В апреле 2025 года прокуратура по борьбе с организованной преступностью сообщила о передаче в суд дела трех человек, проходивших подготовку в Боснии и Герцеговине перед выборами и референдумом 2024 года. По версии следствия, их готовили к массовым беспорядкам, провоцированию протестов, незаконному противодействию силовикам и использованию беспилотников. При задержании были изъяты дроны, оборудование для их управления и другие технические средства.
Отдельное направление российской кампании, по версии молдавских властей и NYT, составляли информационные и кибероперации. Служба информации и безопасности Молдовы сообщала, что в 2024 году выявила сеть, которая систематически распространяла прокремлевские, в том числе связанные с войной, нарративы через Telegram, TikTok и YouTube. Спецслужба также заявляла о предотвращенных кибератаках на избирательную инфраструктуру и попытках сорвать работу участков за рубежом с помощью ложных сообщений о минировании.
Причем подобная деятельность, согласно европейским данным, продолжилась и после выборов 2024 года. Совет ЕС утверждает, что связанные с Шором структуры участвовали в финансируемых Россией операциях перед парламентскими выборами Молдовы в сентябре 2025 года. Среди применявшихся методов Брюссель называет подкуп голосов, дезинформацию, вербовку и организацию сетей влияния через зарегистрированную в России структуру «Евразия». В июне 2026 года за такие действия были введены новые санкции; всего под этим режимом ограничений тогда находились 29 физических лиц и пять организаций.
Таким образом, расследование NYT объединяет ранее разрозненные эпизоды в единую картину: вместо одной операции вокруг конкретных выборов речь идет о длительной инфраструктуре влияния, где одновременно используются деньги, партийные структуры, религиозные организации, социальные сети и подготовленные группы для уличных действий. Значительная часть отдельных элементов этой схемы ранее была зафиксирована молдавскими правоохранительными органами, спецслужбой и институтами Евросоюза.
Москва обвинения во вмешательстве в молдавские выборы отвергала. Кремль заявлял, что Россия не вмешивается во внутренние политические процессы Молдовы и считает подобные утверждения необоснованными.
По материалам: The New York Times, Служба информации и безопасности Молдовы, Совет ЕС
